Если ребенок хикки

Если ребенок хикки

Все родители хотят счастья своим детям. Все родители хотят, чтобы их ребенок стал достойным членом общества. Какие только усилия не предпринимаются для развития яркой, не похожей на других личности. Но непохожесть на серую массу большинства, к сожалению, не всегда бывает такой, какой ожидали родители.

Хикки (англ. Hikky) — сокращение от хикикомори. Японский термин, обозначающий людей, отказывающихся от социальной жизни, стремящихся к крайней степени изоляции и уединения вследствие различных социальных и личных факторов.

Люди, стремящиеся к крайней степени изоляции, отшельники, конечно, всегда встречались в нашем обществе, но современные хикки – это не совсем отшельники. Это люди, живущие в своём, виртуальном мире. В мире, где они очень социализированы и общительны. И отличительная черта этих людей – их молодость, которой классические отшельники никогда похвастаться не могли.

Само по себе понятие «хикки» – довольно новое для нашего общества и очень трудно делать какие-либо выводы об их дальнейшей судьбе и о том, что надо было делать родителям, чтобы этого избежать. Вполне возможно, что годам к тридцати – сорока они перерастут эту свою «особенность» и вернуться в наш мир. Возможно, что останутся там навсегда. Но очевидно, что эта ситуация, ситуация ухода человека в виртуальный мир, начинается в детстве, и некоторые дети, особенно мальчики, находятся в группе риска.

Выходной день. За окном солнце, но шторы плотно задернуты. Горит свет. Душная, захламленная, прокуренная комната. За столом, почти вплотную прильнув к монитору из-за сильной близорукости, сидит двадцатидвухлетний молодой человек.

Ещё недавно у него был совершенно другой режим, при котором он весь день спал, а ночь коротал за компьютером. Месяцами не выходил из дома. Так продолжалось почти три года, после того, как его отчислили из института за неуспеваемость. Продолжалось бы и дальше, но всё же ему пришлось пойти работать, когда родители отказались покупать ему сигареты.

Работу курьера он нашел за три часа, подав объявление в интернет. Потаскав два дня тяжёлые сумки с ноутбуками и пообщавшись с капризными клиентами, он очень от этого устал и перешёл на другую работу – развозить документы по двум-трём адресам. Претендовать на что-то большее у него не было ни малейшего желания: во-первых, куда ещё сунешься без какого-либо образования (в активе лишь аттестат о среднем образовании и давно просроченный ЕГЭ), во-вторых, потребности у него совсем невелики: простая еда (согласен на одну картошку и лапшу), сигареты и оплатить интернет. Китайский планшет, купленный за три тысячи рублей и доведённый до ума, позволяет нормально общаться с друзьями-хикки в скайпе во время курьерских разъездов.

При всём этом, он как-то абсолютно уверен, что получил бы любую работу, если бы ходил на собеседования, потому что прекрасно разбирается в компьютерах. На слова о том, что вообще-то сейчас все молодые люди его возраста прекрасно разбираются в компьютерах, не реагирует. В жизни семьи он не участвует. Время проводит, закрывшись в своей комнате и выходя оттуда с конкретной целью: в туалет или за едой на кухню. При этом, например, он может съесть сразу все котлеты, не подумав, что, возможно, они были приготовлены для всех. Помочь на даче, поприсутствовать на семейном празднике, позвонить бабушке, подарить кому-либо подарок и вообще сделать что-либо для близких людей – всё это совершенно несвойственные ему телодвижения. Эгоизм, который является главной составляющей его натуры даже не махровый, а какой-то естественный, первозданный и совершенно непрошибаемый. Поездки за границу, встречи с друзьями, посещение клубов, отношения с девушками, карьерный рост, работа, личностный рост, спорт, увлечение машинами, покупка модных вещей и гаджетов – естественные увлечения молодых людей его возраста – всё это где-то далеко-далеко и к нему не относится.

Реальных друзей у него нет, хотя пообщаться со случайными редкими собеседниками он совсем не против. Рассуждает обо всём, показывая при этом полное непонимание жизненных реалий и отношений.

В виртуальном мире у него активная и напряженная жизнь, состоящая из общения и развлечений. Там он — уважаемый член сообщества, в котором все знакомы только по никам. Он принимает участие в многочисленных мероприятиях: игры, коллективный просмотр фильмов, хулиганские набеги на разные форумы и мелкие заработки в сети, для которых специфические знания интернета, которыми обладают хикки, подходят в самый раз. Девушки в их виртуальной компании большая редкость. В реальном мире большинство хикки их, как говорится, даже за ручку не держали.

Любые контакты с людьми вне сетевого общения даются хикки с большим трудом. Поход к парикмахеру, в поликлинику за справкой, звонок соседу с просьбой о чём-нибудь – всё это требует большой предварительной подготовки и моральной поддержки виртуальных друзей. Никаких планов на будущее у него нет. На просьбы, упрёки и слезы родителей начать, наконец, нормальную, с их точки зрения, жизнь, он не отвечает.

Как всё это начиналось

Мальчик как мальчик. Детский сад, школа, летние лагеря. Правда, всегда был не слишком общителен и с детства ориентирован только на свои интересы. В средней школе началось обычное для мальчишек этого возраста увлечение компьютерными играми, которые родители и считают первопричиной сложившейся в дальнейшем ситуации.

«Ведь он в школе хорошо учился! … В восьмом классе, когда компьютер запретили, вдруг начал читать всё подряд. Правда, как-то странно, без эмоций, без впечатлений…это нравится, а это нет и больше ничего не говорит…зато когда кроссворд разгадываем, иногда что-нибудь спросим у него, вот верите, он всё знает…».

Проблем с одноклассниками у него не было, хотя для большинства хикки скорее характерно обратное: в школе их часто травят и считают «чудиками». В средней школе у него даже были друзья, с которыми он ходил играть в футбол. Потом, как-то незаметно он совсем от них отдалился, считая их придурками, как и они его, в свою очередь.

«Всё как-то незаметно началось. В старших классах перестал общаться с одноклассниками, учителя начали нам домой звонить, мол, уроки совсем не делает. Мы с отцом скандалить, а ему как-бы и всё равно, спокойно так отвечает, что все свои проблемы, которых и нет на самом деле, будет решать сам. И опять за компьютер…»

Такое спокойное поведение и непоколебимость в выбранной им позиции родители приняли за яркую индивидуальность личности и сильный характер.

«Достоевского читать не буду, т.к. считаю эту литературу ерундой». – просто и без лишних слов как-то заявил наш хикки учителю.

«Понимаешь, я сама в школе столько всего не любила, но сказать об этом ни разу не осмелилась», и мама идёт в школу ругаться с учителем литературы, которая пытается втолковать ей, что дело совсем не в Достоевском, а в том, что такая же участь может постичь в дальнейшем и семейные обязанности, и дальнейшую учёбу, и работу и многое другое, потому что ребёнок уже разрешил себе делать по жизни исключительно то, что он хочет. Хотя, признает учитель, способности у ребенка прекрасные, и он мог бы быть круглым отличником.

Мама в ответ отстаивает право ребёнка на индивидуальность. К тому же, ещё свежи воспоминания о «запойном» чтении, которое, сделало ребёнка в глазах родителей знатоком литературы, имеющим право на самостоятельный выбор книг для чтения, хотя он давно уже ничего не читает и по-прежнему проводит всё время за компьютером.

«Не знаю, что с ним делать. Надо было на дачу поехать помочь, ни в какую. У деда юбилей – он не поехал. Просто утром встать на мог: всю ночь, как обычно, играет, потом все выходные спит. А тут вообще, компьютер свой чистил, все фотографии мои летние стёр, хотя я сто раз предупреждала, чтобы на флешку перекинул. Даже не вспомнил про них. Мне кажется, он нас вообще иногда не замечает. Отец уехал отдыхать, так он через три дня после его отъезда заметил. Спрашивает меня: папа в магазин ушёл?»

«Всё эти игры проклятые. У всех ведь дети играли, но наш прямо помешался на них. Что только не делали, я в первые годы мышку на работу уносила, ничего не помогло. В десятом повели к психологу по поводу компьютерной зависимости, на сеансы какие-то, то ли это психоаналитик был, уж не помню. Денег отдали кучу. Потом спрашиваю у него, ну что там говорили, как всё было? А он отвечает: прикольно! и опять за компьютер в свою комнату.»

«Он ведь совсем ни с кем не общается. Посмотрела баланс на мобильнике: сколько денег было, когда я последний раз положила, столько и есть. Осторожно спрашиваю про девушек, когда он приходит взять еду (а только тогда он со мной как-то разговаривает), он говорит, что никогда не женится, потому что это всё его не интересует.»

Родители хикки часто обычные хорошие люди, ведущие спокойный и размеренный образ жизни.

Нельзя сказать, что они не занимаются ребёнком и не уделяют ему внимания: папа с детства играет с сыном в шахматы и настольные игры, смотрит и обсуждает спортивные передачи и вообще проводит дома всё свободное время. Мама по выходным гуляет с ребёнком в парке и летом ездит с ним на море отдыхать.

Всё как у всех, только вот постепенно ребёнок начинает проводить в виртуальном мире всё больше времени, и в лексиконе родителей появляется устойчивое словосочетание «проклятые компьютерные игры».

Конечно, все современные дети, и не только дети, проводят много времени перед монитором. Но у большинства развитых и умных детей, таких как наш хикки, после определённого возраста возникает масса других интересов в реальном мире: спорт, реальное общение, посещение кинотеатров и кафе, разные творческие занятия, саморазвитие и т.д.

Родители, конечно, замечают перемены, происходящие с их ребёнком, но пока ребенок учится прилично, социально адаптирован, никому не хамит, ни с кем не конфликтует – придраться не к чему.

В старших классах с ним становится трудно. Он наотрез отказывается ехать летом в лагерь или на море с родителями, причём ему всё равно куда: в Крым или заграницу. Путешествия его не интересуют. Он хочет находиться только в одном месте: в своей комнате за компьютером.

ЕГЭ он сдаёт довольно хорошо, хотя отметки и отношения с учителями в школе в последний год уже очень плохие. Он не идёт на выпускной вечер, а родители на торжественное вручение аттестата: «Достала она, эта школа. В институте всё будет по-другому.»

В институт мальчик благополучно поступил. Сейчас вступительных экзаменов нет, и больше по жизни он вообще напрягаться не будет. Родители рады и с гордостью рассказывают всем знакомым о том, как их сын без каких-либо дополнительных занятий поступил на бюджет, куда они и хотели. Выбрали программирование. Да и как иначе? Он же с малых лет за компом, значит прирождённый программист.

Немного страшила армия, но обошлось: проблемы со зрением сыграли свою роль.

Исключение из института после первого курса было для родителей, как гром среди ясного неба. Не посещал, не сдал зачёты и хвосты после первого семестра. На вопросы о том, как же так случилось, спокойно ответил, что ничего не понимает в программировании, заниматься им не хочет, и вообще, это его личные дела, в которые он просит никого не вмешиваться. И вот через три года эта душная, прокуренная комната в прекрасный выходной день.
Что со всем этим делать родителям?

Оставить в покое или заставлять социализироваться силой, если это вообще возможно? Выйдут ли эти люди когда-нибудь из своего виртуального пространства, в котором они проводят все свои молодые годы?

Смогут ли стать счастливыми там, где живёт большинство из нас?

Будет ли у них семья?

И ещё много подобных вопросов. К сожалению, чётких ответов на них пока нет.

Новости партнеров

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.